***** Версия для печати ******

Пророчество (неоконченная повесть)


Повесть незакончена и врядли когда-либо будет завершена. Хотя, кто знает :)
Написана в соавторстве с Milisante, за что ей огромное спасибо - это было здорово!

 


Камень.
Огромный, в половину человеческого роста, валун. Местами поросший свежим ярко зеленым мхом. Его серые бока блестят словно графит под тонкими струями частого дождя. Я смотрю на камень и совершенно не понимаю, что со мной происходит. Почему на душе так невыносимо тяжело? Сердце сжимается от боли и в глазах стоят, готовые в любой момент хлынуть наружу, слезы.
Вспомнил!
Это было давно - в детстве... Когда умерла мама.
Вернее, нет. Не когда умерла, а когда я понял, что она больше уже не вернется и не обнимет меня.
Но ведь это же было так давно. Почему безисходность и боль разлуки вернулись вновь и с такой силой?!
Камень?
Нет. Не может быть. Ведь это даже не могильный камень, а самый обычный валун в горах.
В горах!
Я медленно поднимаю взгляд и сквозь прозрачный флер, рождаемый тонкими струями дождя, вижу дорогу, петлями уходящую в сторону перевала. А вдалеке на дороге...
Сердце сжимается новым приступом боли.
Она неторопливо поднимается вверх по дороге и ее силуэт постепенно растворяется в ровных и теплых струях, падающей с небес, воды.
Я абсолютно уверен, что не знаю ее. Но с такой же абсолютной ясностью я понимаю, что именно о ней болит мое сердце. И имя этой боли - разлука.
Хочется крикнуть! Остановить ее! Но я не могу этого сделать. И еще. Я, почему-то, точно знаю, что никакие слова тут не помогут...
Я стою, глядя, как в прозрачных нитях дождя растворяется силуэт незнакомой девушки и, идущего рядом с ней, лисенка. Слезы перемешиваются с водой, стекающей по моему лицу.

.......................

Ван проснулся мгновенно, будто во тьме внезапно вспыхнул свет.
Все его лицо было мокрым.
"Опять этот сон" - подумал Ван вытирая слезы. Сел на кровати.
Обычное утро в обычной комнате на обычном постоялом дворе. Но, как и всегда после этого сна, окружающий мир едва заметно изменился. На какое-то время из него исчезла обыденость. Все знакомые вещи в этом мире обрели свежесть, будто бы их видят в первый раз.
"Что-то уж больно часто этот сон повторяется в последнее время." - Ван встряхнул головой - "Ну да ладно - пора собираться".
Ему еще предстоит зайти в канцелярию правителя - забрать документы для наместника и пропуск для себя. В царстве Цинь лучше без пропуска не путешествовать если ты не здешний подданый. А тем более если ты из Вэй. А Ван как раз прибыл из Вэй. В качестве курьера от наместника, граничащей с Цинь, провинции. Ну это официально. А неофициально... Как обычно - собрать здешние столичные слухи и сплетни. Узнать, что думают люди. Особенно знакомые, недовольные нынешним правителем - старым деспотом, которому только старость и мешает продолжать бесконечную войну с Вэй.
Всех беспокоит только один вопрос - кто из наследников взойдет на трон. У правителя сыновья - двойняшки и неизвестно, кто из них родился раньше. И хоть похожи они, как две подвески Лунной Девы, да только внутри они - совсем разные. Люди им и прозвища соответствующие придумали. Один - Бешеный Волк. Страшно и подумать, что будет если он станет править. Другой - Панда. Немного медлительный, но добросердечный и прекрасно образованый молодой человек. И всегда поступает в полной гармонии с учением великого Конфуция. Если на престол взойдет он, то можно надеятся, что страна получит справедливого правителя. Вот только если его раньше не убьют...

Собираясь в канцелярию, Ван надел соответствующий костюм, шапочку и взял веер. Он терпеть не мог официальную одежду. Но что поделаешь - по должности он хоть и небольшой, но чиновник, и обязан соблюдать все правила. Выйдя из ворот постоялого двора, он потянулся, вдыхая полной грудью свежий утренний воздух. Подставил лицо неярким, но уже теплым лучам утреннего солнца, наслаждаясь тонким ароматом первых листьев и ранних цветов. "Вот уже и весна наступила" - подумал он с удовольствием. Еще раз потянулся и быстрым шагом направился в сторону канцелярии правителя. Шагая по столичным улицам, Ван думал о том, как же хорошо, что уже пора возвращаться домой. Вернее, в город, который служит ему домом последние несколько лет.
"Ха! Сегодня же праздник - "День холодной пищи"" - вспомнил Ван, увидев вывеску на таверне.
День, когда собираются всей семьей, отдают дань уважения предкам.
"Замечательный день. Определенно, это хороший знак - отправлятся в путь домой в этот день".

Дела в канцелярии были улажены довольно быстро, несмотря на традиционную неторопливость чиновников. Ван плотно поел в небольшом ресторане. И хоть вся еда была холодной, это нисколько не испортило ему удовольствия. Там же он закупил запас провизии в дорогу, и мальчишка побежал отнести его заказ на постоялый двор.
Вернувшись, Ван переоделся в привычную одежду - свободные однотонные штаны, невысокие сапоги из мягкой кожи на тонкой подошве - они одинаково хорошо подходили и для верховой езды и для поединков. Сверху он надел длинную - до колен - куртку с высоким воротником. Вышивка на куртке выдавала в нем небедного человека, но и не бросалась в глаза вызывающей роскошью. Так может одеваться воин или просто путешественник. Совершенно обычный вид не привлекающий лишнего внимания.
Единственное, что его выдавало - прямой меч-цзянь в простых ножнах, висящий на широком поясе. Это указывало, что его владелец или аристократ или чиновник или очень умелый воин. Обычные солдаты пользуются широким мечом Дао - он проще в обучении и не требует большого мастерства в отличие от своего прямого собрата. Конечно, Ван владел и мечом Дао - в его клане этому тоже обучают. Но относился к нему с некоторым пренебрежением. Не хватает в нем красоты и изящества.

Показав пропуск стражам у ворот, Ван покинул столицу Цинь. Он позволил лошади пойти шагом - все равно к закату он успеет добраться до почтовой станции, где ждет ночлег и свежая лошадь. Три таких перехода и он увидит свой Город Девяти Ворот - столицу провинции.

Под мерный шаг лошади, Ван задумался, перебирая в уме новые сведения о положении дел в Цинь. Что из собранного важно, а что - нет? Правитель почти не покидает дворец. Это говорит о том, что его здоровье ухудшилось и он не хочет показываться на людях, дабы не побуждать слухи. Однако за порядком в городе следят, как всегда строго и полувоенное положение на дорогах страны не отменили. Значит он еще не настолько плох, чтобы отдать власть.
Наследники. Насчет них были интересные новости. Правитель удалил обоих сыновей из столицы - отослал в Восточный и Западный дворцы.Связь между столицей и дворцами наследников, по крайней мере явно, не поддерживается. Следовательно, преемник еще не выбран или выбран, но храниться это в тайне до поры.
А что сами наследники? Панда, как обычно, изучает науки и искусства, общается с учеными и поэтами. И похоже, что его совсем не беспокоится о престоле.
А вот новости о Бешеном Волке настораживают. Поговаривают, что он тайно собирает отряд войнов. И набирает туда даже разбойников - лесных братьев, беря с них клятву вечной преданности. Если это правда, тогда Ван везет домой тревожные вести.



"Сколько же еще будет длиться эта война между Вэй и Цзи? Ну неужели нельзя мирно ужиться?" -
думал Ван. Под мерный шаг лошади мысли возвращали его в прошлое. Чен-дзя-го - родная деревня Вана. Наверно самое мирное место на свете. Вану вспомнилось детство. Ласковые руки матери. Строгая забота отца. Беспечные игры с братьями после ежедневных тренировок, под руководством пожилого ши-фу. Смерть мамы. Старшая сестра, которая старалась как могла, для него - самого младшего в семье - заменить ее.
"Наверно и вправду этот праздник - день, чтобы быть со своей семьей. Ну или хотя бы вспоминать о ней."
- Я надеюсь, что у вас все хорошо - одними губами прошептал Ван.
Впереди показались низенькие постройки почтовой станции.

.....................................

Как холодно. Дыхание замерзает в воздухе. Здесь кругом снег.
Почему? Почему я думаю об этом?
Это же не важно.
Мне нужно уснуть, просто уснуть и все пройдет. Пройдет, как и все видения. Они всегда уходят, оставляют меня. Они ничего не значат. Но иногда повергают в ужас.
Здесь так холодно. Безумно холодно. Пронизывающе. Пальцы совсем посинели, еще чуть-чуть и они превратятся в лед. Интересно, можно ли будет их разбить?
Никак не согреть. Никак…
Тяжело дышать, неужели это моя смерть…
- Разве ты не знаешь, где ты?
- Нет, покажись, прошу тебя…
- Ты еще успеешь увидеть меня, время придет. Это Порог…
- Но…
- Теперь ты сможешь видеть свое будущее.
- Но это не позволено никому! В храме говорят, что …
- Храм больше не указ для тебя. Понимаешь?
- Понимаю…тогда зачем я оказалась здесь?
- Чтобы увидеть…
Снова все изменилось вокруг.
Я вижу человека, стоящего в черной дымке прямо передо мной.
Мне знакомо это лицо. Сколько раз оно мне снилось. И каждый раз пропадало в сумраке, в тени, среди деревьев, под беспощадным дождем.
Почему он так смотрит на меня?
Мы вовсе не знакомы! Он мне чужой, чужой…
Не гляди на меня так! Исчезни! Уйди...
Я сорвалась на крик.
Отчего?
Эти мысли убьют меня!
Я падаю…
Солнце над головой, трава. Здесь тепло. Как смешно, свободно, чудесно…
Ветер струиться в волосах…
Но это не волосы, это шерсть…
О, Небо!!! Я, я – заяц! Надо успокоиться, ничего страшного, всякое бывало.
Неужели я испугаюсь этой глупой шутки. Нет!
- Они преследуют тебя…
- Я знаю, поэтому я должна бежать, а ты хочешь остановить меня своими выдумками! Зачем мне все это? Я отлично помню, что остановилась на ночлег в маленькой деревушке.

- Уверена?
- Ты смеешься…
- Конечно! Тебе нужна помощь. Тот, кого ты видела, может спасти тебя. И не только...
- Я здесь одна, за исключением тебя…

Опять ошиблась…
Сколько зайцев. Какие красивые, белые, пушистые, совсем как снег. Удивительные белоснежные зайцы на зеленой траве.
Вы мне так нравитесь! Ведь я - тоже заяц.
Почему вы окружаете меня?
Откуда у зайцев клыки?
Вы – мои враги?!
Бежать! Скорее вперед! Вырваться, покинуть этот кошмар! Мои лапки очень сильные, какая мощь вдруг возникла в моем крохотном тельце. Я смогу, преодолею!
Нагоняют…
Слезы катятся на серый мех, а уши развиваются в бессмысленной гонке. Мне не уйти, они растерзают меня.
Вот и все…
Что это там чернеет?
Волк? Ты собираешься спасти меня?
Его лапы размели стаю преследователей - словно щепки зайцы разлетелись в разные стороны и исчезли.
Спасибо!
Преданно смотрю снизу вверх в большие грустные глаза. Как странно. Ты решил спасти меня, хотя я - всего лишь твоя добыча… Улыбаюсь как только может улыбаться маленький лесной зверек.
- Позволь ему помочь тебе!
- Опять ты? Хоть бы сказала свое имя!!!»
Слова отразились эхом в воздухе. Она одиноко стояла среди бескрайнего белого поля. С утра выпал махровый бархатный снег. Жаль, что не надолго. Он уже тает...

.....................................

Позевывая Ван вышел на крытую террасу домика при почтовой станции и так и замер не успев закрыть рот. Везде вокруг - на только появившейся зелени деревьев, на темной земле, местами успевшей выпустить из своего лона первые цветы и молодую траву - на всем этом весеннем великолепии лежал тонкий слой девственно чистого снега. Молодая листва деревьев и укрывающий ее снег, казалось соперничали в яркости и чистоте под утренними лучами солнца.
- Очень странно! - начальник станции стоял рядом с крыльцом и выглядел не менее удивленным чем Ван. - Сколько себя помню, никогда такого не видел. Чтобы снег - да на зеленые листья.
Сюда бы живописца из столицы - красивый бы свиток вышел.
- Да уж - согласился Ван, привыкая понемногу к необычному зрелищу.
- Господин сегодня поедет или еще на день задержится? - с вежливым поклоном спросил начальник станции.
- Сегодня. И чем скорее - тем лучше.


Всю первую половину дня Ван любовался снегом на изумрудной листве деревьев, окружающих лесную дорогу. Пару раз его созерцание нарушали военные патрули. Но увидев пропуск с печатью правителя, пропускали, вежливо желая легкого пути. Ближе к полудню Ван стал высматривать место для трапезы. И столкнулся с очередной странностью этого дня. На небольшой поляне справа от дороги стоял небольшой одноэтажный храм.
- Вот те на! Не первый раз еду этой дорогой, а храма тут никогда не видел. - удивился он. - Странно это...
Но, решив, что для отдыха место вполне подходит, Ван спешился и направился к храму.
Привязав лошадь у крыльца, он поднялся на террасу. Накрыв левой ладонью правый кулак в жесте мирного приветствия и подняв их перед грудью, ступил в сумрачный дверной проем ведущий в храм.
- Ни хао! - вежливым тоном произнес он приветствие, привыкая к сумрачной атмосфере храма после яркого солнца снаружи.
- Ни хао. - глубокий красивый мужской голос ответил ему. Повернувшись в сторону говорящего, Ван увидел стоящего к нему спиной человека в поношеном халате, который нагнувшись что-то перебирал на невысоком столике.
- Господин, позвольте мне дать отдых лошади и поесть самому возле вашего храма.
- Конечно. Терраса храма очень хорошо подходит для трапезы. - человек развернулся и Ван увидел, лицо старика с коротенькой белой бородой и ярко синими глазами, которые, казалось видели его насквозь. - Если ты этого хочешь.
Старик вновь вернулся к своему занятию.
- Спасибо господин. Не желаете ли разделить мою скромную трапезу? - вежливо предложил Ван, совершенно потрясенный удивительным контрастом внешности старого человека, его сильного голоса и невероятного взгляда.
- Благодарю, путник. Я не голоден. - голос старика не выражал никаких эмоций.
- Благодарю Вас, уважаемый. - Ван еще раз поднял кулак закрытый ладонью на уровень груди и, как и вошел - не кланяясь - также и вышел на ярко освещенную террасу. И не услышал тихого шепота старика за спиной - "Давно уже Порог не был так близок. Давно...".

- Да уж! Все рассказы про даосов - это детский лепет. - Ван нисколько не сомневался, что в лице старика столкнулся с одним из таинственных людей, о которых чаще можно услышать невероятные истории, чем встретить хоть одного вживую. - Удивительный...
Ван все никак не мог собрать свои мысли в кучу, чтобы составить хоть какое-то представление о старом даосе.
В конце концов бросил эти попытки и отправился расседлывать лошадь.
Поев, Ван отдохнул на террасе храма нежась в теплых лучах солнца и наблюдая как медленно, словно с неохотой снег начинает таять. Странное дело - казалось что он просто исчезает, уменьшается не оставляя после талой воды.
Взяв из своих запасов кусок сыра и большой ломоть еще свежего хлеба, Ван аккуратно увязал их в большой цветастый платок и вновь вошел в сумрачную тишину храма.
- Позвольте мне еще раз поблагодарить Вас, уважаемый - обратился он к даосу, держа руки в жесте приветствия - за гостеприимство Вашего храма.
Старик стоял напротив и молча смотрел на Вана.
- Здесь немного еды - Ван вытащил платок из широкого рукава и поставил на низенький столик справа от входа.
Даос едва заметно кивнул, продолжая смотреть на Вана. Тот стоял в ожидании, не желая проявить невежливость по отношению к старшему.
- Нетрудно догадаться, кто ты - красивый голос даоса звучал негромко будто из самой глубины его существа. - Немного в Поднебесной существует семей, члены которых никогда и никому не кланяются. Да, немного... Всего одна. Так ведь мастер Чень?
- Да, уважаемый. - Ван снова поднял сложенные руки, демонстрируя свои добрые намерения. - Только в одном уважаемый ошибся: я не мастер.
- Ошибся?! - даос громко утробно захохотал.
- Ну ты меня и рассмешил, молодой мастер Чень! - произнес он, утирая, выступившие от смеха, слезы.
- В своем искусстве ты - мастер. Но тебе не дано его передать. И это одна из причин, почему ты здесь - даос говорил серьезным тоном, так будто мгновение назад безудержной волной по храму не разносился его хохот.
- И еще... - левая рука старика поднялась, указывая на, причудливо расписаную, деревянную бочку в противоположном углу.
И пока глаза Вана следовали за медленно поднимающейся рукой старика, что-то в мире или внутри самого Вана менялось. Он смотрел на цветастую бочку и видел ее как одну из частей Мира. Она была пуста и ее пустота была потребностью. Колодец во дворе. Вода. Исполнение потребности. Он сам и старик. Оба они были возможностями. Кому было нужно, чтобы бочку наполнили водой? - Вопрос на мгновение мелькнул в свободном от всяких мыслей уме Вана.
Старику? - Нет. Вану? - Нет. Это была потребность целого Мира и его малой части.
Старик может принести воды.
Ван может наполнить бочку.
Никакой разницы - потребность будет исполнена.
Нет поощрения за действие. Нет наказания за бездействие.
Нет даже выбора - делать или не делать.
Ван медленно повернулся и вышел.
Вернулся с двумя ведрами воды и молча вылил их в бочку.
Потребность была исполнена.
Постепенно странное видение мира покидало Вана, оставляя вместо себя смутное чувство раздражения, бродящее на окраинах души.
- Ты можешь видеть. - утвердительным тоном произнес старик. - И ты можешь делать не делая, молодой мастер Чень.
- Значит именно тебя дожидался этот дар. - старый даос негромко вздохнул. - Даже если он и не придется тебе по душе.
- Надеюсь ты поймешь... когда-нибудь - ярко синие словно летнее небо глаза старика словно широко распахнулись навстречу Вану.





- Значит именно тебя дожидался этот дар. - старый даос негромко вздохнул. - Даже если он и не придется тебе по душе.
- Надеюсь ты поймешь... когда-нибудь - ярко синие словно летнее небо глаза старика словно широко распахнулись навстречу Вану.
В глазах старого мудреца удивительным образом соединялись непреклонность и сострадание. Как у врачевателя, дающего опасное лекарство ради шанса спасти жизнь больного.
- Этот дар - лишь слова - казалось, что голос звучит внутри самого Вана - не старайся их запомнить. Даже если и захочешь, то не сможешь забыть их.
"Твой Путь одинок.
Таким он был.
Таким он и будет.
Между тобой и самыми близкими тебе всегда будет гулять ветер свободы.
Не пытайся изменить это, ибо не только бесполезно, но в этом и есть сама суть.
Ты поймешь, оставив друга без помощи и с радостью отправив самого дорого тебе человека на верную смерть.
Тогда ты обретешь себя и твой Путь обретет полноту."

- Тебе пора уходить - старый даос поднял руки в жесте мирного приветствия и слегка наклонил голову. - И пусть
извечное Дао будет благосклонно к тебе.

- Благодарю, уважаемый - Ван повторил руками жест приветствия и вышел.

Он пришел в себя, когда словно в туманной дреме уже отшагал половину ли, ведя под узцы лошадь. Остановился. Встряхнул головой. "Не слишком ли много странностей для одного дня" - подумал он, перебирая в уме последние события. Вспомнил расписную бочку, странное видение мира и где-то в глубине его существа проснулось глухое раздражение.
"Что-то похожее уже случилось со мной однажды" - и как будто в ответ на его мысль заныла, давно зажившая, рана на правом плече.
Раздражение становилось все сильнее. Рассудок, неспособный справится с странностями происходящего, твердил что его используют, что он - лишь марионетка на ниточках, фигура, которую двигают по шахматному полю в угоду чье-то чужой воле. Но в глубине души Ван понимал, что на самом деле - все совсем не так. Он чувствовал, что все эти необычные события лежат за пределами понятий Добра и Зла, Выгоды и Пользы. Это то - что просто происходит. Его нельзя объяснить и оценить, нельзя отнести к известным категориям, невозможно сравнить ни с чем из личного опыта. Оно просто есть. И единственное, что может он сделать, это - позволить событиям идти своим чередом... и наблюдать.
Придя к такому решению, Ван почувствовал себя гораздо спокойнее, если вообще можно быть спокойным после такого "веселенького" дня. Он собрался, было, сесть на лошадь и продолжить путь, но услышал звуки со стороны леса.
Несколько мужских голосов звучали сердито и раскатисто, изредка прерываемые высоким женским голосом, в котором читались явные нотки отчаяния и в то же время силы. Слов было не разобрать, но что-то в этих звуках задело Вана, показалось ему совершенно неправильным, неуместным. Обычно он не любил и не ввязывался в чужие разборки, но в звуках ссоры было нечто, что задело лично его. Почему? Он даже не стал разбираться. Взял лошадь под узцы и вошел в негустой подлесок светлого соснового леса.

Пройдя совсем немного, он остановился на окраине поля, еще покрытого не растаявшим с утра снегом. На краю, недалеко от Вана стояли трое мужчин, окружив, сидящую на коленях девушку. Пытаясь понять, что здесь происходит, Ван внимательно разглядывал ссорящихся. В чем причина ссоры? А причин могло быть множество. Возможно девушка - чья-то жена или сестра, сбежавшая из дома, а мужчины - родственники пытающиеся ее вернуть. Или, что еще хуже, она - служанка укравшая какие-нибудь ценности у хозяев. Или сбежала из Цветочного Дома. В любом из этих случаев Вану лучше пройти мимо.

Но внимательный взгляд замечал все больше несоответствий. Девушка одета явно не по погоде. Поверх длинного красиво вышитого, но изрядно поношенного и грязного халата, надета теплая безрукавка. Слишком теплая для той погоды, что стоит последние несколько дней. Выходит, что ее бегство длится уже не один день.
На тонком изящном лице ярко голубые глаза казались просто огромными. И в них не было ни капли вины. Это был взгляд загнаного зверя. Который продаст свою жизнь так дорого, как только сможет, но никогда не ступит в приготовленную ему клетку. И еще в ее взгляде была какая-то необьяснимая, не от этого мира, надежда.
Тонкие, почти прозрачные руки прижимали к себе небольшую плетеную коробку. И еще Ван заметил, что правая рука девушки медленно тянется к голенищу сапога. Женский тонкий стилет - догадался Ван.

Он перевел взгляд на окружающих девушку мужчин. Они о чем-то яростно спорили, время от времени указывая на сидящую или пытаясь схватить ее за плечо, чтобы поставить на ноги. Она уворачивалась и кричала на них.
На первый взгляд эта троица выглядела как обычные лесные братья. Разбойники, коих немало в лесах этого царства. Но только на первый взгляд. Уж больно они были ухоженные и чистые. И настоящие лесные братья не решились бы так громко спорить рядом с дорогой, по которой регулярно проезжают патрули солдат.
"Что-то здесь не так" - решил Ван и отпустив лошадь, сделал шаг из укрывающих его кустов навстречу к необычной компании.

- Ни хао, уважаемые - поприветствовал он, не демонстрируя, однако, руками жест мира. Он знал, что если это настоящие лесные братья, то с ними всегда можно договориться. Кроме, конечно, случаев кровной вражды.

- Чего тебе, путник? - сердито ответил один из мужчин - невысокий и коренастый. Одежда выдавала в нем старшего. За широким щегольским поясом явно было спрятано оружие. Короче меча, но длиннее кинжала, и скорей всего пара - догадался Ван.

- Я приношу свои извинения, за невольное вмешательство, уважаемые. Но скажите, что совершила эта девушка? Почему вы ее преследуете?.

- А вот это - точно не твое дело!

- Понимаю, уважаемые. Но если она не совершила серьезного преступления, может быть я мог бы выкупить ее? За хорошую цену. - Ван видел раздражение и злость говорящего, но сам был собран и спокоен. Поединок уже начался, даже если противники этого еще не поняли.

- Иди своей дорогой! - старший лже-разбойник был явно раздражен и хотел поскорее избавится от нежелательного свидетеля.
- У нас приказ.. - тихо пробормотал он себе под нос.

"Значит приказ" - подумал Ван - "Ну вот все и встало на свои места." Интуиция не подвела его и в этот раз.

- Извините, уважаемые, но я не позволю увести девушку против ее воли - Ван стоял неподвижно, шагах в пяти-шести от противников, и голос звучал спокойно и уверено. Так будто он говорил о самых обычных вещах.

- Не позволишь?! - старший засмеялся, но осекся словно наткнулся на увереность слов Вана.

- Ну-ну, поглядим, какой ты воин. - Слегка кивнул.

Стоявший ближе всех к Вану, крупный бородач с короткой черной шевелюрой волос поднял широкую алебарду. На нем помимо обычной одежды был жилет из толстой кожи, хорошо защищающий от скользящих ударов мечом или кинжалом. Противник перехватил длинную рукоять алебарды двумя руками.
"Противник стоит - и ты неподвижен. Противник двинулся - ты успел раньше" - слова старого Мастера давно уже стали плотью и кровью Ченя. Едва только алебарда шелохнулась, как Ван, осободив меч из ножен, начал быстро, почти ни отрывая ноги от земли скользить прямо навстречу противнику.
"Против длинного оружия действуй, как против короткого" - как это просто и привычно...
Меч описывает горизонтальный полукруг перед собой. Встречает широкое лезвие алебарды изнутри. Плашмя "прилипает" к нему. Короткий импульс "спиральной силы", исходящий из самого центра тела Вана, направляет силу удара противника вправо в сторону. Лезвие алебарды проходит на безопасном расстоянии. Правая нога Вана делает зашаг вперед за левую ногу, меч поднимается на уровень груди... и будто раскручивается туго сжатая пружина - Ван резко разворачивается вокруг своей оси. Лезвие меча, почти незаметное при такой скорости, рисует ровный горизонтальный круг.
Замер. Ноги широко стоят на земле, будто вросли в нее. Меч отведен вправо под углом и смотрит точно в живот противнику.
Противник. На обоих его руках чуть выше локтей глубокие ровные раны. "Это правильно, что в конце чуть отвел меч на себя. Иначе разбил бы ему кость на левой руке" - думает Ван.
Калечить без необходимости - глупо. Тем более убивать. Ван ненавидит убивать, даже в тех случаях, когда нет другого выбора. Заставить противника прекратить бой - этого достаточно. Поэтому он стоит и ждет. Бородач роняет алебарду и, отступая назад, пытается зажать руками раны. Он не собирается продолжать бой. Он хочет жить и это читается в его глазах. Ван ногой отшвыривает алебарду в сторону и с поворотом встречает второго нападающего.
"Дракон крутит хвостом" - меч Вана плашмя припает к такому же как у него мечу и, используя силу противника, уводит его в сторону. Тот "проваливается" не чувствуя сопротивления. Отступает на шаг назад. Длинный хвост черных волос разметался по плечам. На красивом лице молодого человека написано недоумение. Он повторяет попытку - укол в левый бок. Дракон мягко разворачивает свой хвост налево и снова меч противника, не встретив сопротивления, проходит мимо Вана. И снова отступление назад, меч перед собой. А в глазах немой вопрос - как это может быть? Почему удар не встречается лезвием меча? Почему он не чувствует противника, будто сражается с пустотой? Что это за стиль?
Ван читает эти вопросы в глазах юноши. Но не собирается отвечать на них. Ответы дают только членам его семьи. Остальные принимают это как факты. Факты их жизни или факты их смерти. "Но лучше бы обойтись без этого" - думает Ван.
Противник заводит меч почти за спину, будто собирается нанести рубящий удар сверху. Его грудь и живот открыты. Это ловушка.
Но в ней есть возможность. Шаг вперед - почти под линию атаки меча. Сесть на одну ногу. Буквально стелясь мечом рисует свистящий круг на высоте кулака на землей - "искать змею в траве".
Рядом падает меч молодого противника, а сам он, как подкошеный, оседает со стоном, хватаясь руками за перерезанные связки голени. "Месяца два ходить нормально не сможет" - с сожалением думает Чень. И неторопясь поворачивается к старшему лже-разбойнику.

Тот спокойно стоит на прежнем месте, внимательно разлядывая Вана.

- Они - очень хорошие бойцы. - старший теперь собран и внимателен.

- Я знаю.

- Никогда еще ничего подобного не видел.

- Надеюсь, что и не увидишь больше. Уходи.

- Не могу. Как бы ты ни был хорош - я убью тебя. У меня нет выбора.

Ван едва успевает увидеть как противник в длинном прыжке выхватывает из-за пояса два клинка. Меч Вана встречает оружие противника на полпути, мягко без сопротивления направляет оба коротких лезвия влево и вниз. Открыто плечо, но времени и возможности для удара лезвием нет. Ван бьет запястьем правой руки. Удар не сильный, но неожиданный. Разбойник отскакивает назад. Теперь Ван может разглядеть его оружие. Два клинка шириною с меч и длинее чем самый длинный кинжал. Их острия загнуты вперед словно клювы хищных птиц. Похоже, что их прародителем был простой крестьянский серп.
Новая атака. На этот раз удары идут по очереди - то одним клинком, то другим. Похоже на мельницу. Вану приходится чаще уворачиваться, уходя с линии атаки. Лезвие его меча, несмотря на кажущуюся медлительность, всегда успевает встретить оружие противника в самом начале его движения и отвести удар в сторону.
Вот разбойник на мгновение замешкался и Ван всем телом вытягивается вперед, направляя меч чуть книзу, оттянув назад левую ногу - "Достать цветок на дне моря". Острие едва касается широкого пояса. Лже-лесной брат отпрыгнул назад. И тут же бросается в атаку. Его левый клинок, ведомый мечом Вана послушно опускается рядом с левой ногой, и делая шаг вперед правой, Ван будто веер разворачивает свой цзянь - вперед и вверх. Противник пытается увернуться, но недостаточно быстро - "Полет по диагонали" встречает не его шею, а только плечо. Клинок падает на землю. Шаг левой вперед и Ван перехватывает правое запястье, выворачивает его книзу - разбойник роняет второй клинок, но успевает освободить руку из захвата. Ван видит как она скользит за спину.
"В его поясе может быть любое короткое лезвие" - понимает Ван.
У него нет времени.
Но тело уже двигается само. Меч, отведенный за спину поднимается над головой и разворачивается вертикально острием вниз. Левая рука ложится на основание шеи противника, большой палец на ключице - указывает точку.
О Боги! Только теперь Ван осознает что делают его руки! Ему никогда бы ни прошло в голову, что он использует этот удар в реальном бою! На тренировках он всегда выглядит нелепым и экзотическим. И только теперь Ван понимает насколько он ужасен! Он видит как острие вертикально входит позади ключицы противника. Чувствует как тело разворачивает силу, направляя ее в руку, держащую меч. Он наблюдает как легко скользит вниз лезвие, погружаясь в плоть. Вот скрылось основании клинка с гравировкой семи звезд. Вот гарда ударилась о ключицу. Сильный рывок, освобождающий меч, завершает движение.
Ван резко отворачивается. Позади него с тихим шорохом падает тело.
Он стоит широко расставив ноги. Пальцы, сжимающие рукоять, белеют от напряжения. Красные ручейки стекают по лезвию и срываются с острия крупными густыми каплями.

"Я ненавижу убивать!" - беззвучный крик заполняет все его внутреннее пространство - "А тем более так!".
И она вновь возвращается - невероятная, жгучая боль, что заполняет все его существо. Она приносит ненависть к себе и беспомощность от того, что ничего нельзя изменить.
Перед глазами стоит гарда его меча, упирающаяся в ключицу.
Кажется, что он начинает тихо выть.
Но ни девушка ни двое раненых разбойников не слышат этого воя.
Только старый даос на террассе своего храма, улыбается одними глазами, когда молодой зеленый лист неожиданно, сорвавшись с ветки, опустился ему на ладонь.


"Спасибо за солнце! Я так счастлива чувствовать ласкающие лучики на своем лице. Наконец-то!
Все изменится теперь. Абсолютно точно! Раз я больше не вижу ледяной пустыни, в которой даже слезы замерзают, стекая по бледным щекам.
Какой изумительный узор на моей одежде. Никогда не видела подобного. Мне очень идет!
Значит Небо благосклонно ко мне.
- Да, Оно любит тебя…
- Ты? Что ты здесь делаешь ведь это не Порог!
- С чего ты взяла? Разве существуют законы там, где их создают?
- Но… Это прекрасное место!
- Не кричи, пожалуйста! Разбудишь медведей, а они в этом лесу очень злобные. Столько зверьков разорвали. И что с ними делать?
- Но тут кругом зелень и листва. Сейчас лето, и медведи не спят!
- Эти спят! До тех пор пока не тронут их власти и имущества, не коснуться их чести и лживости, их надежд и страхов. Будь аккуратна, а то попадешься под горячую лапу.
- Я… мне больно от твоих слов…
- Правда колет глаза? Не плачь, слезы твои не нужны здесь, ибо нет тут и жалости к тем, кто слаб.
- Ты жестока, я хотела поверить…
- Зачем? Зачем верить, когда знаешь! Ты противоречишь себе.
- Что ты хотела показать мне?
- Как невежливо говорить со мной в таком тоне! Познакомься, это Янь!
Это мальчик. Ему всего лет шесть, такой маленький еще. Как он тут оказался? Ему нельзя находится в этом кошмаре.
Улыбнулся. Отчего-то так жарко стало и сердце поет.
Хочу дотронутся до его щечки. Рука тянется, словно скользит по воздуху, почти как змея. А он и не шелохнулся, не испугался. Какой смельчак, а я – трусиха. Уже бы сбежала…
Ах! Что это? Порезал мне пальцы тонкой травиной. Кровь хлещет. Никак не останавливается. Прижимаю к себе, но она все течет и течет…
- Госпожа, не положено!
Поклонился мне, будто я принцесса знатная. Хорошо, я не стану пытаться. Просто чувства вырвались из-под контроля.
- Я должен отвести вас в убежище.
- Это далеко?
- В этом же лесу. Идемте.
Следую за ним, а деревья расступаются, давая нам дорогу. Он еще мальчик, а в глубине его глаз столько тоски, голос его строг и непреклонен. Наверное, это я должна подчиняться ему, выполнять его приказы. Но…
- Пришли. Смотрите…
- Янь, я знаю этого человека!
- Вот и ищите убежище в его руках, госпожа.
- Зачем ты называешь меня так?
- Неверный вопрос, важен другой…
- Какой?
- Почему?
Он исчез, сросся с деревом. Просто стал его частью, покрылся серым мхом и корой. А где же мой ответ?
Мне остаться с этим человеком, надеяться на него? Что? Как понять?
А, пропасть под ногами, только этого не хватало! Как всегда, наваждение. Я разобьюсь! Нет…"

.....................................

Шорох за спиной выдернул Вана из мучительного омута душевной боли. Резко развернулся, вставая между девушкой и источником звука.

- Господин, Вы позволите нам уйти? - Бородатый разбойник стоит в низком поклоне.

- Конечно. Уходите. - рассеяно отвечает Ван.

Он смотрит, как бородач помогает встать молодому войну. Едва встав он со стоном падает назад. Ван подходит к своей лошади, скидывает седельную сумку и кивает разбойнику. Тот в полном недоумении, дотаскивает напарника и вдвоем с Ваном они усаживают его в седло.

- Господин, Вы отдаете нам свою лошадь?! - голос разбойнка полон неподдельного изумления.

Ван молча подходит к убитому. Поднимает его и взваливает на круп лошади.

- Похороните его по всем правилам.

- Конечно господин - бородатый разбойник сгибается в поклоне - Примите нашу нижайшую благодарность...

Но Ван уже не слушает его - закинув сумку на плечо, он идет в сторону девушки.
Она сидит на том же месте. Изящные тонкие, словно выточенные из прозрачного хрусталя, ладони расслабленно лежат на полах ярко синего с потускневшим золотым шитьем халата. В девушке уже не чувствуется страха и напряжения. Ярко голубые глаза наблюдают за Ваном. Но взгляд ее кажется рассеянным, будто она одновременно смотрит внутрь себя, пытаясь найти ответ на незаданый вопрос.

- Ты можешь идти - Ван протягивает руку.

- Да - Хрустальная ладонь ложится поверх руки Вана. Девушка легко, одним движением встает, придерживая круглый плетеный короб. - Но господин...

- Помолчи! - резкий возглас останавливает ее. Ван виновато опускает голову - Прости...
- Не разговаривай со мной. Какое-то время - теперь голос Вана звучит спокойно и как-то грустно. Он заглядывает в ее глаза - Пожалуйста.
- Просто иди за мной - закинув ее суму на плечо он увлекает ее за собой через поле в сторону от дороги по которой приехал. Он крепко  держит ее за маленькую озябшую руку.

.....................................

"Куда он ведет меня?
Какая разница, лишь бы подальше отсюда. Зачем я задаюсь вопросами? Не проще ли спросить у него?
Нет. Совсем нет. Не надо ничего говорить, а то будет хуже.
Смерть осталась там, пусть так и будет. Нельзя возвращаться туда, где пролита кровь, а то вновь что-нибудь случится. А я этого не хочу.
Не хочу больше!
А зачем он спасал меня? Может, он тоже стремиться получить с этого какую-то выгоду?
О чем это я? Какая от меня польза, сплошные несчастья и беды. Он об этом еще не знает.
А если он один из них?
Нет, это невозможно, иначе бы договорились…
Я запуталась! Хватит! Просто передвигать ноги и ни о чем не думать.
Зачем так крепко держать мою руку? Она ведь такая холодная, совсем ледяная. Ему наверное очень неприятно. Ничего скоро потеплеет, обязательно. А завтра будет солнечный день. Не волнуйся, будет.
Опять глупые мысли, которые мешают идти. Там было так страшно.
Разве? Я видела вещи и ужаснее, такое отчего, сердце перестает биться, волосы становятся белыми как снег, а в глазах меркнут огоньки…
Но к этому нельзя привыкнуть, никак. Никак!
Странно. Я с человеком, имени которого не знаю. А он и не интересовался.
Впрочем, не важно.
Нужно его внимательно рассмотреть. Может, я что-то упустила, и это мучает меня?
Сейчас. Только бы не заметил, а то как-то нехорошо это. Он меня спас, а я даже разглядеть его толком не удосужилась. Ну, не объяснять же в самом деле, что я вижу по-другому.
Это он!!! О, небо всемогущее! Ты свело меня с тем, кто являлся в мои видения!
Лучше бы я лишилась зрения и погибла…
Нет! Это не верно…
Значит, все предрешено?
Только вот что именно? Не следует задавать вопросов, если ответы скрыты высшими силами. Я должна помнить.
Успокоилась? Почему?
Просто стало легче, теперь яснее… Доверяю своему дару? Или ему?
Какая горячая рука, сколько в ней жизни, словно бы она и не касалась того бездушного извечного холода, что преследует оружие.
От него не избавиться, не смыть водой, а запах тлена не похоронить в земле и не усеять цветами.
Прости меня, прости…
Не желала я боли тому, кто ведет меня сквозь пустоту и мрак навстречу свету.
Все же доверяю черному волку…
Как чудесно идти с тобой в никуда…"


Dio el Claire


Powered by Eldorado 3.7.6 "Origami"
Время формирования страницы: 0.0089 сек.